Что произошло: якутской кинематографией заинтересовались сначала кинокритики (Лена Ванина и Антон Долин слетали в Якутск и написали об индустрии и конкретных фильмах-блокбастерах еще в 2012 году). Дело в том, что на местном рынке фильмы, зачастую снятые на голом энтузиазме, зарабатывают кучу денег в прокате, иногда обходят даже голливудские релизы. Затем эту неординарную кинематографию стали показывать фестивали, в большей степени международные.

Вообще, если попытаться хоть как-то описать якутские фильмы, то проще всего провести такую аналогию: якутские фильмы по сравнению с «московскими»— это как корейские в сравнении с мировыми. То есть это все еще понятное, не уходящее окончательно в инопланетную для нас реальность кино, которое при этом настолько самобытно, что представляется чем-то совершенно новым, как будто кинематограф перепридумали заново (вспомните, как мир удивился, увидев, например, «Олдбоя»).

Говорить о якутском кино как о некоей этнографической самодеятельности было бы не только неверно, но и уничижительно. Безусловно, часть интереса со стороны международных фестивалей объясняется тем, что подобный сеттинг необычен даже для самого адского артхауса. Но кроме того, это еще и чрезвычайно талантливое кино, пусть иногда и неряшливое и, что заметно, снятое за очень небольшие деньги.

Взять ту же «Царь-птицу», которая даже посреди в целом сильной для ММКФ конкурсной программы (а коллеги вообще называют ее мощнейшей за долгие годы) выглядит как случайный попаданец из какого-то другого национального кинематографа, совсем не нашего.

Лично нам кажется, что проблема в зацикленности московской киноиндустрии на себе, и вполне возможно теперь поднять на ноги и другие региональные кинематографии, которые, видимо, тоже уедут на экспорт, минуя столицу.

Это о происходит по причине перевеса интереса в сторону западной части России. Потому что большая часть населения, конечно, обитает вокруг Москвы и Санкт-Петербурга. У людей, живущих в центре России, есть какое-то странное ощущение, что дальше ничего нет, ничего не происходит.

А жизнь за МКАДом не только есть, о ней начинают снимать кино местные кинематографисты. Снимают и побеждают на престижных кинофестивалях.

Пообщались с Любовью Борисовой, представительницей маленькой, но чрезвычайно яркой кинематографии Якутии: о ее фильме «Надо мною солнце не садится», попавшем в основной конкурс ММКФ, пользе опыта в разных кинопрофессиях, устройстве якутского кинопроизводства.

— Какой профессиональный опыт у вас был до режиссерского дебюта?

— Образование у меня не профессиональное — я экономист. Кино я училась прямо на съемочной площадке. Начинала как исполнительный продюсер, ассистент режиссера, второй режиссер — чем приходится, тем и занимаешься. Постепенно я влезла в монтаж и в последнее время сделала довольно много фильмов как режиссер монтажа. Я даже посчитала, что «Надо мною солнце не садится» стала для меня первой картиной как для режиссера, но двадцать третьей в общей сложности.

— Какой совет вы бы дали другим начинающим режиссерам, стоящим на пороге своего дебюта?

— Я слишком долго собиралась дебютировать, и, наверное, так и не собралась бы это сделать. Потому что думаешь: «Когда-нибудь я это сделаю, когда буду готова». Поэтому я бы сказала, что не надо этому придавать слишком большое значение, не стоит быть слишком серьезным. Подвернулся случай — возьми и сними. Если получится, то хорошо, а нет, так нет. Нужно проще относиться к этому. До прошлого года я и не думала снять такую историю.

— В заключении давайте поговорим о якутском кино в целом. Новости о ваших фильмах появляются довольно часто. Какое количество людей занимаются созданием кино в Якутии?

— Киношников мало, но мы выпускаем большое количество фильмов. Потому что мы все перетекаем из проекта в проект. Лет пять назад я считала, что нас было человек пятьдесят, включая ассистентов. Недавно же я пересчитывала, и оказалось, что нас стало человек сто. Но при этом людей с профессиональным киношным образованием сколько было, столько и осталось. Операторы, художники готовят себе ассистентов, а те постепенно растут. В киновузах учатся сейчас мало. Видимо потому что брать в вузы стали только с ЕГЭ, а наши школьники при всем желании так не могут поступить, у них нет подготовки. Те же, кто старше и хотел бы отучиться, не могут претендовать на бесплатное обучение. Мы постоянно говорим об этом глюке в системе образования, но вопрос пока не удается решить.

В самой Якутии же есть только около-киношные заведения. У нас есть АГИКИ, Арктический государственный институт культуры и искусств, который выпускает актеров театра и кино. Наш актер-дебютант Иван Константинов как раз там учится на третьем курсе. И еще есть колледж культуры. Ребята-технари оттуда ассистируют нам на съемках. Некоторые даже переросли в операторов-постановщиков и работают при «Сахафильме». Это государственная студия, и она единственная имеет техническую базу: павильон, помещения, свет, оборудование. Все остальные независимые студии все берут оттуда.

— А сколько фильмов в среднем у вас создается? И хватает ли зрителей для этого количества картин в Якутии, где, я так понимаю, проходит основной прокат?

— Последние годы количество фильмов уменьшается. В рекордные годы у нас снимали по пятнадцать фильмов в год. Потом стало стабильно десять. И в последние несколько лет уменьшилось до семи-шести. Но вот в этом году всплеск — около десяти картин точно будет.

В прошлом году у нас провели оптимизацию, не было госфинансирования, а до этого местный Минкульт выделял пять миллионов на производство. Видимо, отсутствие денег всех шокировало, и все начали лихорадочно снимать. Наша потенциальная аудитория — 500-600 тысяч сахаязычных человек. Причем основной прокат идет в Якутске. У нас есть несколько независимых кинотеатров, с которыми мы напрямую договариваемся. Единого дистрибьютора нет, все самокат. Есть еще улусный прокат. Организация «Якутская республиканская киносеть» занимается открытием новых кинозалов в республике.

— При этом якутские фильмы пользуются признанием как российских, так и мировых кинофестивалей. Как думаете, в чем привлекательность якутского кино?

— Нельзя сказать, что это везение. Хотя не без этого. Скорее стоит говорить, что это результат многолетнего упорного труда. Это результат того, что было сделано правительством в 90-е годы, когда целый курс был отправлен учиться в киновузы. Они отучились, вернулись и сейчас составляют костяк нашего кино и вокруг себя учат людей. Мы все работаем, подтягиваем качество, стараемся делать лучше.

Интерес к нам такой, наверное, потому что всегда интересно что-то новое. А люди чувствуют, что в нас есть что-то, чего раньше не было. Не в том смысле, что мы придумали что-то новое в киноязыке, нет, но мы работаем на своем материале, у нас свой менталитет, свой язык, свой ландшафт, люди. Но если посмотреть историю кино, то не исключено, что это лишь кратковременная вспышка и дальше интерес угаснет. Мы это осознаем, но наперед не загадываем и пока работается, мы работаем.

Что ж, в Москве наконец обратили внимание на якутское кино. Но нужно ли теперь московское внимание якутам? Нет ответа. Только метель гуляет по вечным снегам.

Павел Орлов.